Жизнь даётся один раз, а удаётся и того реже!
Казалось, протяни руку, и ты дотянешься до неё. Мечта была здесь, рядом, она шептала на ухо: «Ку-ку», она танцевала, дразня: «Поймай же меня!» Она приходила в чёрно-белые сны, превращая их в яркий салют, она расшвыривала плохие мысли своей изящной ножкой, она не давала грустить, напоминала о себе деликатным: «Кхе-кхе». Ей говорили: «Да, мы помним, но не сейчас». «Да, хорошо, но позже». «Милая, я о Вас помню, но вы видите, завал, не до Вас». Терпеливая мечта была воспитанной особой, мешать ей не хотелось. Она ещё кружилась некоторое время в одиноком танце, она ещё брала с собой вёдра с разноцветной краской для снов, она ещё пыталась пару раз прикоснуться ладонью к плечу. Но плечо сердито дергалось, фыркало: «Позже», отмахивалось, как от мухи. Ей ничего другого не оставалось, кроме как исчезнуть. И настала серость и безрадостность, и задумались все о том, что изменилось, чего стало не хватать, и почему стало нечем, вдруг, заполнить пустоту собственного Я. Она ещё не успела далеко улететь. Опомнись, брось суету, вспомни о ней.